Археология


За один день каждый рабочий выносит из раскопа в среднем две-три тонны земли и песка…
Автор: © Александр Чегодаев, студент 2 курса Факультета фотокорреспондентов имени Ю.А.Гальперина (СПб)

Шестнадцать часов в вагоне поезда, четыре часа в кузове вахтового «Урала», ещё два — в стареньком УАЗике «буханке», и вот мы на месте. Кругом, насколько хватает взгляда, простирается тайга, а до ближайшего населенного пункта — города Урай — около сотни километров. Мы в Западной Сибири — царстве сосен, бесконечных болот и песка под ногами. Именно здесь, в междуречье рек Конда и Ах около 7 000 лет назад, в самом конце каменного века, жил древний человек, охотник и собиратель.
С принятием закона «об охране культурного наследия» северная археология получила новый толчок к развитию. Дело в том, что болотистые равнины Западной Сибири необычайно богаты нефтью и газом, а согласно закону, перед постройкой любого объекта — будь то насосная станция, нефтепровод, или линия электропередач — нефтедобывающая компания должна за свой счет провести археологическую разведку в районе предполагаемого строительства и, в случае обнаружения памятников культуры, оплатить раскопки.
Экспедиция – это два начальника-археолога, водитель и тридцать-сорок человек рабочих. Ездят туда в основном студенты-историки и просто сочувствующие. Работают по семь-восемь часов в день, с трехчасовым перерывом на обед и дневной сон. К слову сказать, спят днем практически все, иначе вечернюю смену просто не отработать. За шестью рабочими днями следует один выходной – этот день уделяется работе по лагерю и просто отдыху. В таком ритме ребята живут двадцать восемь дней, ровно столько длиться смена. После чего уставшие могут уехать в город, а желающие продолжить экспедицию – остаться на недельную пересменку и встретить следующую партию рабочих.

Вахтовка на базе грузовика «Урал» — едва ли не единственный транспорт, способный успешно перевозить людей по песчаным дорогам западной Сибири.

Просев — довольно тяжелое и неприятное занятие. Но старания могут быть вознаграждены наконечником стрелы, или каменной подвеской.

Раскоп разрабатывается послойно — горизонтами по 10 см. После снятия каждого горизонта проводится зачистка и фотофиксация.

С раскопа все находки попадают в полевую лабораторию — «камералку». Там они шифруются и заносятся в опись; фрагментированые находки по возможности склеиваются.

Технической водой лагерь снабжает близлежащее озеро, в то время как за питьевой приходится ездить.

В 3км от лагеря выкопан колодец. Им, в случае экстренных ситуаций, пользуются нефтянники и обслуживающий персонал геологоразведочной станции.

Поездка в вахтовый поселок нефтянников — всегда радостное событие. Там есть возможность посетить столовую и докупить предметов первой необходимости.

Во временном лагере еще не поставлена баня, поэтому мыться приходится в озере.

Дневной график работы довольно напряженный, поэтому за дровами часто выезжают уже затемно.

Экспедиция — это не только работа. Это еще друзья и песни под гитару.

И, конечно, экспедиция — это природа вокруг тебя. Дикая тайга такая, какая она есть, со своими красотами и опасностями.

0 Comments

  1. Ответить
    Irvin 04.11.2010

    хорошая работа, мне , как зрителю, понравилась и текстово и зрительно.
    Есть снимки интересные, есть просто красивые, что, может быть для этого формата историй не так важно, но тоже отражают окружающее. Последний кадр, конечно впечатляет своими красотами , цветами и деталями. Интересно,насколько сильно пришлось поработать над оригиналом ?

  2. Ответить
    Wasja 17.11.2010

    И не говорите, археологическая экспедиция вещь клевая, сам шесть лет отъездил и заканчивать и этим не собираюсь)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *