ЭТНО

000_17B2557
Иногда я устаю от этнографии.
НО, как говорит Ирина Октябрьская, «Пусть этнография будет. Потому что кому-то она помогает жить. Это не про ряженых, это то, что в человеке спрятано, что не выставляется в общее пространство: бабушкины очень простые рецепты. Людям нужна отличительность — как спасательный круг. Про это вспоминают, когда плохо, больно, страшно — потому что с этим легче. Медицинский факт: когда человек умирает, он отказывается от чужого языка, еды — от всего, что не этнография…»
Вот мозаичный (и, кажется, красивый) этно-пост из недавней поездки в Республику Алтай (июнь 2015).
Фото: © Валерий Кламм, © Ирина Веремеенко

Со времен наших первых экспедиций с этнографом-консультантом по Чуйскому тракту, Енисею и Казахстану (см здесь и здесь) я запомнил:
важно снимать три точки на линии жизни: вход (рождение и связанная с этим обрядность), переход в фазу плодоношения (свадьба) и исход (похороны, поминовения).
Это — самое яркое в традиции.
С тех пор вместе с доктором наук Ириной Октябрьской сделано много фототекстовых постов в Родинках + мультимедии — и про эти точки, и про другие многоточия и знаки, символы и ритуалы.

В июне 2015 мы снова поехали из Новосибирска по Чуйскому тракту в сторону Монголии с этно-задачами.
Нужно было пополнить фотоархив для большой книги про казахов Алтая, которую Октябрьская планирует издать в следующем году. А еще — съемки для фильма про войлочное ремесло (смонтируем к этой осени).
К нашему этно-фото-дуэту снова присоединилась фотограф Ирина Веремеенко (спасибо ей также за возможность ездить на ее вездеходной машине!), а еще взяли на борт стажера-антрополога из Техаса Тайлера Пейджа, до того нами проверенного в карасукских степях…
Тайлер учит русский язык, хорошо фотографирует (плёнка, тяжелая и громкая среднеформатная камера). В этот раз героически поехал с нами со сломанной-свежепрооперированной правой рукой, и таки трудился в полях, обещает сделать в Родинки свой отдельный пост с названием «Одной левой»..

А пока — вот

001_17B9786
Каламбина Желтковская, художник, войлочная мастерица. Живет с семьей в частном доме в селе Майма, во дворе дома — ее мастерская, скоро здесь же откроют для гостей юрту-галерею.
Фото: © Валерий Кламм
002_17B9866
Каламбина умеет из войлока делать всё — полезное, красивое, а чаще и то и другое.
Фото: © Валерий Кламм
002A_17B0885
В ее войлочном ремесле — полный цикл: от стрижки овец в родной деревне, за триста километров — до маркетинга и биллбордов на тракте… Она вспоминает, что в детстве ей всегда хотелось прыгать по облакам.
Фото: © Валерий Кламм
002A_17B2916
Рыба-ковёр Каламбины. Фото: © Валерий Кламм
003_17B1041
Село Верх-Ябоган. Овца заждалась стрижки, жарко сильно. Фото: © Валерий Кламм
005_17B1059
Сёстры, аил, будущий войлок и облака. Фото: © Валерий Кламм
005_17B1127
День поездки на родину был в ее день рождения. Каламбина сказала — отличный праздник получился.
Фото: © Валерий Кламм
006_17B2886
Олег, муж Каламбины, в прошлом — боец спецназа. В день поездки в Верх-Ябоган мы оставили на его попечение загипсованного американца — отлежаться. Они подружились, хотя: «Пить техасец не умеет… Но ничего, научится, просто молодой еще») Тайлер получил боевой ник — Толян.
Олег говорит, что любит долго с крыльца на Вифлеемскую звезду смотреть. А еще он подарил нам афоризм: в дороге надо уметь уставать правильно.
Фото: © Валерий Кламм
007_17B0698
Войлок катают в самодельном станке в мастерской. Фото: © Валерий Кламм
007A_17B0652
Фото: © Валерий Кламм
008_17B0858
Ночевала наша команда в старом доме отца Олега. Фото: © Валерий Кламм
009_17B1236
После Маймы мы поехали по Чуйскому тракту в сторону Кош-Агача. Фото: © Валерий Кламм
010_17B1808
Высокогорная Чуйская степь. Фото: © Валерий Кламм
011_17B1979
Проводником и помощником в Кош-Агачском районе в этой поездке был наш старый друг Амангельды Кобдобаев. Он родился этих краях, в казахском селе Жана-Аул, сейчас живет в Горно-Алтайске, очень уважаемый в республике человек — полномочный представитель главного муфтия Духовного управления мусульман Азатской части России на Алтае… Вообще он очень весёлый.
Фото: © Валерий Кламм
012_17B1632
Казахское кладбище в степи. Фото: © Валерий Кламм
014_17B1315
Закончился первый день месяца Рамадан, верующие пришли в мечеть Кош-Агача — вместе поесть и помолиться. Фото: © Валерий Кламм
015_17B1412
Фото: © Валерий Кламм
015_17B1767
В мечети села Жана-Аул. Было удивительно, как свободно здесь чувствуют себя дети. На них не строжатся сверх меры, ну да — урезонивают как-то во время молитвы, но всё же.. И им здесь комфортно.
Фото: © Валерий Кламм
016_17B1482
Я спросил у Амангельды — какова символика жестов во время молитвы. «Мы отбрасываем этот мир за спину и встаем со скрещенными в покорности руками перед Аллахом». Фото: © Валерий Кламм
017_17B1805
Простор степи продолжается в нетесной планировке сёл. Площадь в Жана-Ауле. Фото: © Валерий Кламм
018_17B1551
В частном музее в селе Тобелер (это комната с уникальными экспонатами, пристроенная к дому основателя). Фото: © Валерий Кламм
019_17B1656
В траурных ритуалах казахов тул — символический портрет покойного. В комнате, где человек скончался, развешивается его одежда, здесь же — награды, шапка, седло. Фото: © Валерий Кламм
020_17B2704
После годовщины со дня смерти семья покойного должна снять траур. Фото: © Валерий Кламм
021_17B2060
Коня, принадлежавшего умершему, называли тул ат (он без хозяина). В годовщину на него кладут седло из тула, а потом режут на угощение. Фото: © Валерий Кламм
022_17B2655
Гости, собравшиеся на поминовение. Фото: © Валерий Кламм
022_17B2810
Мужчина разливает кумыс. Кумыс бывает молодым (без газа и без градуса — но «с очистительным эффектом»), средним и горьким (вполне себе алкогольным). Фото: © Валерий Кламм
023_17B2754
Фото: © Валерий Кламм
024_IMG_0090
Родня собирается на свадебное застолье. Кош-Агач. Фото: © Ирина Веремеенко
025_17B2273
Украшение брачного ложа. Фото: © Валерий Кламм
025_17B2318
Фото: © Валерий Кламм
026_17B2202
Гостям свадьбы дарят ковры. Фото: © Валерий Кламм
027-0567
Фото: © Ирина Веремеенко
027A-0607
В спальне молодоженов. Фото: © Ирина Веремеенко
028_17B1849
Амангельды повёз нас за Ташанту на джайляу, так называют пастушьи стоянки. Его родители зимуют в Жана-Ауле, а летом пасут в долине реки Юстыд. Фото: © Валерий Кламм
029_17B2004
Войлочная юрта на джайляу. Фото: © Валерий Кламм
030_17B2367
Фото: © Валерий Кламм
031_0375
Фото: © Ирина Веремеенко
032_17B2578
Родители Амангельды. Фото: © Валерий Кламм
032A_17B1986
Фото: © Валерий Кламм
033_17B2605
Фото: © Валерий Кламм
034_17B2570
Фото: © Валерий Кламм
034_0577
Фото: © Ирина Веремеенко
036_17B1844
Фото: © Валерий Кламм
037_17B2436
… Возможно, эта карточка будет одной из заглавных в будущей книге…
Фото: © Валерий Кламм
PS
НЕ-СНЯТЫЕ КАДРЫ.
… Когда-то в какой-то экспедиции мы придумали словами описывать впечатления, которые остались не-сложенными в коробочку-фотокамеру….
На одной из джайляу я помогал пастуху и нашему Аману разделывать тушку козла, потом пошел к юрте вымыть руки… Холодный ветер внезапно включили так сильно, что струйка из уличного умывальника летела горизонтально. Я спрятался в условное тепло, лениво шевельнулась мысль — надо снять про струйку хит для какого-нибудь ютуба)) но силы не было, и душу ветер выдул.
Стоп, неснято.

One Comment

  1. Ответить
    Дмитрий 27.09.2015

    Спасибо за добрые фотографии!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *